Знание – это только то, что мы испытали, все остальное – только предположение
Петр Дынов
Спектакли театра «Постдвижение»
Театр «Постдвижение» создан в 2000 году в Институте психологии и педагогики г. Москвы. Театр работает в техниках искусства дель-арте и нового драматического направления – плаcтикодрама, разработанного Владимиром Никитиным.
За время своего существования театр гастролировал в Слупске, Сувалках (Польша), Резекне, Риге (Латвия), Будапеште (Венгрия), Утрехте, Амстердаме (Голландия), Халле, Берлине (Германия), Минске, Витебске (Беларусь), Ялте (Украина).
Метод пластикодрамы, разработанный В.Н. Никитиным (1998) в ходе работы с 11 000 детьми и подростками различных национальных и возрастных групп в 9 странах Европы, позволяет создать социально-психологические условия для своевременного и гармоничного развития личности школьника. Формирование в процессе учебного образования гармонично развитой личности школьника является важнейшей социальной задачей, в решение которой гуманистически направленные методы в психологии являются наиболее перспективными и эффективными. Основополагающим принципом пластикодраматического подхода является не коррекция отдельных сторон личности, а гармонизация целостного образа «Я», формирование образа эстетически развитого творческого человека.
Психолого-коррекционная работа театра
Театр «Постдвижение» является социально-психологическим театром, в котором разыгрываемые спектакли представляют собой одну из форм коррекционной работы с негативными личностными установками и социальными проблемами различного возраста зрителей. За время существования театра для разных возрастных групп зрителей было создано шесть спекталей: «Оловянный солдатик», «Гадкий утенок», «Снежная королева», «Данте», «Ван Гог», «Карлик Нос». Каждый спектакль посвящен раскрытию значимых для детей и юношества тем: Добра и Зла, Любви и Холодности, Понимания и Неприятия. Спектакли актуализируют чувства и сознание детей и подростков, вовлекая их внимание в сказочный мир образов, в которых каждый видит отражение и решение своих насущных личностных проблем.
Каждая из сказочных новелл спектакля «Сказки Г.Х. Андерсена» имеет свой психологический подтекст, раскрываемый в процессе драматического действия и спонтанной игры с залом. Для каждой аудитории используются специальные психолого-драматические техники и приемы активного вовлечения зрителей в спонтанную игру на актуальную тематику. Обращение в зал осуществляется в заключительных актах действия каждой из новелл.
Интерактивный психологический спектакль «Карлик Нос»
С точки зрения воспитательной педагогики спектакль «Карлик Нос» способствует формированию подрастающего поколения, свободного от вредных привычек, от влияния антисоциальных форм поведения. В противовес агрессивному, повсеместному воздействию со стороны телевидения на «хрупкое» сознание детей данная постановка закладывает основы вечных ценностей – дружбы, любви, взаимопомощи.
Особенно актуальным в настоящее время является зависимость молодых людей (начиная с 10-летнего возраста!) от моды на табакокурение. В яркой, доступной форме актёры театра «Пост-движение» за время спектакля высвечивают все негативные стороны и последствия употребления табака.
Форма и характер постановки интерактивного психологического спектакля определяются из понимания значения сакральных символов (маски, свет, грим) для современной молодежной субкультуры. Фетишом настоящей реальности для молодых людей стала виртуальная реальность. Спектакль разыгрывается с использованием сказочных образов, масок, олицетворяющих собой «потерю лица», своей неповторимой индивидуальности. Зрители видят и понимают, что зависимые от табака персонажи становятся безликими (в масках).
Цель спектакля - организация художественного пространства смыслов и переживаний, в котором юный зритель испытывает глубокие чувства от осознания пагубности своей зависимости от табака.
Спектакль «Снежная королева»
Формирование ясных, устойчивых представлений у детей младшего школьного возраста о Добре и Зле, Дружбе и Взаимопомощи – главная психологическая задача театра в данной новелле. Магический мир сказочных грез и перевоплощений, в котором живут дети, находит свое отражение в стремлении творить, соучаствовать в драматическом действии. То, что происходит на сцене, для детского сознания является не виртуальным событием, а реальностью, которая позволяет им увидеть то, что не всегда можно различить в жизни. Рождение нового художественного образа, сказочного персонажа происходит на глазах детей, и то, что свершается на сцене, воспринимается ими не как отвлеченное от жизни событие, а как возможное изменение реальности. Сказочные персонажи делают их мир ярче, притягательнее, что вызывает у них желание творить, импровизировать.
В сцене «Кай в ледовом замке» Герда никак не может согреть сердце Кая, растопить лед его души. Кай, завороженный волшебством Снежной королевы, выкладывает на полотне слово «Вечность». Герда
обращается в зал с просьбой помочь оживить Кая. В зал выходят гномы, предлагая детям различные способы его оживления. Вместе со зрителями гномы изображают роботов как символов замерзших людей, у которых от холода нет больше чувств. С тем, чтобы их растопить, дети распевают мелодии – символы солнца и весны. Они обращаются к Каю, проговаривая самые важные, сокровенные слова о Дружбе, Любви. Все их действия направляются актерами на то, чтобы растопить ледяное сердце Кая. В кульминации спонтанной импровизации Кай оживает. Его превращение в чувствующего человека – результат творчества детей. Опыт спонтанного креативного действия переносится ими в жизнь, делая их поведение более адаптированным к различным непредсказуемым жизненным ситуациям.
Спектакль «Стойкий оловянный солдатик»
В сцене «Огонь» танцовщица неожиданно покидает сгораемого от сильных к ней чувств солдатика. В своем монологе она рассуждает об отношении к любви, о страданиях, связанных с ее переживанием страстного, сжигающего ее чувства. Она не хочет сгореть от любви, не желает страданий.
Взволнованные происходящим гномы обращаются за помощью в зал. Всматриваясь в глаза зрителей, они находят девушку, готовую помочь солдатику и выводят ее к нему. Театральное действие спонтанно разыгрывается по двум направлениям: диалог танцовщицы со зрителями и исповедь о своей любви к танцовщице солдатика. В кульминации игры появляется тролль, останавливая действие фразой: «Так, они же куклы!». Герои снова превращаются в сказочных кукольных персонажей, оставляя зрителей наедине со своими чувствами и мыслями о любви и отношениях влюбленных с миром.
Участие одного из зрителей в спонтанной игре есть шаг через рампу, стирание границ между сценой и залом, театром и жизнью. Освобождение от условностей игры усиливает переживания зрителей; действие воспринимается ими уже не как нечто отстраненное, а очень близкое, понятное, значимое для них событие. Театр превращается в место откровения, сказочные персонажи - в современников, говорящих о проблемах реального человека. Каждый из зрителей имеет свое особое восприятие сцен, свое отношение к проигрываемой теме любви. Новелла актуализирует память, позволяет иначе взглянуть на свои чувства.
Спонтанное разыгрывание сказки «Стойкий оловянный солдатик» проводится для взрослой аудитории и молодежи. Разговор о противоречиях чувств осуществляется не дидактически, а в процессе нахождения самими зрителями возможных вариантов развития ситуации и их проигрывания. Дальнейшее обсуждение характера спонтанной игры позволяет пересмотреть зрителям свои личные позиции, увидеть новые ракурсы восприятия темы любви и способы разрешения личностных конфликтов.
Спектакль «Гадкий утенок»
Проблема отчуждения индивидуального особенно актуальна для подросткового поколения. Стремление «быть как все» оборачивается отрицанием неповторимого, самобытного в личности, неприятием того, что не вписывается в устоявшиеся ригидные формы социальных отношений.
В заключительной сцене новеллы звучит драматический монолог героя, обращенный в зал, в котором он вопрошает зрителей о себе, о причинах своей непохожести на других, и их отчуждения его. С тем, чтобы усилить переживания подростков, вызвать их к диалогу, остальные персонажи сказки выходят на авансцену и жестко определяют для зала никчемность, нескладность главного героя постановки, не вписывающегося в мир принятых отношений. Вовлечение зрителей в спонтанную игру достигается и путем проникновения одного из актеров в зал, его провокацией посредством идентификацией с ним (высказыванием негативного мнения о «гадком утенке» от имени большинства подростков). Выражая «мнение» зрителей, актер провоцирует подростков на необходимость определения своей личностной позиции относительно принятия образа героя сказки – непохожей на других индивидуальности. Дальнейший перенос подростком стратегий своего отношения к неповторимому, самобытному позволяет ему лучше объективировать свои представления о себе и своем месте в обществе, рассмотреть индивидуальное в каждом, кто его окружает.
Помимо показа спектаклей спонтанно совместно со зрителями разыгрываются пластические этюды и драматические сценки, в которых посредством театральных техник дети и взрослые вовлекаются в спонтанное творчество. В процессе занятий психологическая коррекция направлена на снятие проблем фобий, девиантного поведения, аутизма и т.д.
В качестве ведущего принципа игры используется принцип парадоксального действия; доминирующая черта характера и форм поведения доводятся в процессе игры до гротеска, делающий драматический образ для самого играющего пародией, карикатурой.
В процессе импровизации используются маски, грим и костюмы, обеспечивающие защиту (маскировку) образа «Я» и, тем самым, возможность искреннего проживания играющим тех состояний и ситуаций, которые ему не доступны в реальной жизни.
Основными художественными средствами выражения выступают пластика движения, голоса и художественного изображения (грим, маска). В процессе спонтанного действия дети и подростки сами выбирают актуальные для них темы, средства и способы выражения. Экспрессия образов усиливается посредством использования приемов пантомимы, танца, голосовой и речевой импровизации, спонтанного рисования. По завершении действия участники делятся своими переживаниями, обсуждают возможность усиления выразительности художественного образа.











